Ноя
8
2013

Потешный театр

Саратов обогатился новым театром — „Потешным”.

Как-то незаметно, под шумок маленьких событий местной художественной жизни, появился на свет этот театр. Кто-то что-то задумал, кто-то что-то подготовлял, а когда «подготовил» и Отдел Искусств чуть не случайно узнал об этом, — дело зашло уже так далеко, что волей-неволей пришлось открывать театр в том виде, в каком он был преподнесен.

Первые же спектакли, однако, показали, что никакого «вида» театр этот не имел. Это была самая заурядная халтура, поглотившая, однако, изрядную толику „миллионов“. Не было ни плана, ни физиономии, ни даже внешнего порядка. Зачем-то, например, понадобилось вытащить из театрального архива пьесу Екатерины II — «Федул и его дети» и ухлопать на ее постановку — как передают — около 12 миллионов. Самая эта постановка была в своем роде «показательным» спектаклем этого театра. Мертвые фигуры, одетые в новенькие костюмы, под старую музыку Паскевича, сильно удлиненную Митюшиным, тянули однообразные мотивы в течение часа слишком, нагоняя на публику смертельную скуку. Выходило по поговорке: Федул — бабу надул — бабу-публику… Все остальное было в таком же роде. Чувствовалось отсутствие определенного плана и твердой руководящей руки.

Наличные руководители отдавали этому делу лишь досуг, остававшийся у них от работы в других театрах. Стало ясно, что толку из этого не выйдет, и Отдел Искусств с похвальной решительностью над сим „потешным“ предприятием в таком виде решил поставить крест. Надо было найти какой-то иной выход. Потребность в гротесковом театре, несомненно, есть, и эту потребность, конечно, надо удовлетворить, решено было дело реформировать.

Начали с того, что пригласили А. П. Гарина — хорошего комедийно-фарсового актера и опытного театрального работника и ему поручили организовать дело заново. Конечно, в 10 дней — перерыв в работе театра — сделать что-либо серьезное невозможно; но все же дело, под новым руководительством, получило пока хоть внешний порядок. Спектакли идут правильно, довольно стройно, и надо только изумляться энергии и искусству Гарина, сумевшего, при отсутствии правильно составленной труппы и достаточного числа опытных исполнителей, достигнуть и таких результатов.

Но основные дефекты все же остаются. И первый из них — отсутствие хорошего репертуара. Здоровый смех — вещь прекрасная. Но не надо, чтобы он был пустой и из-за пустяков. А сплошь и рядом в стенах этого театра звучит этот дешевый смех, в который вдруг, неизвестно почему, стараются вставить трагическую ноту. Пустопорожняя, например, оперетта и револьверный выстрел в висок в рядом поставленной пьеске… грузоперевозки. В результате невольно возникает вопрос: для какой публики и для какой цели изготовляется сия окрошка?

Правда, есть оправдание: более серьезного гротескового — он же потешный — репертуара с нашей труппой не осилишь. Отчасти, быть может, это и так; но тогда по пути „реформы» надо идти дальше. Надо усилить труппу. И сейчас в ней есть кое-что ценное. Сам А. П. Гарин; даровитая танцовщица Печенкина; с хороши¬ми хореографическими возможностями Вяземская; очень способная Ручьевская (которой, впрочем, многому еще следует поучиться) и некот. др. Но для ответственного репертуара этого мало. Хорошо бы, например, включить в этот репертуар классическую оперетту, но для этого нужны силы, которых пока в труппе нет.
Словом — Потешный театр должен существовать, но начатые улучшения должны быть доведены до конца. Ему надо дать определенную физиономию и художественную ценность — чтобы он не вы¬родился в театр для «шикарных негодяев».

Н. А.

Многие проходили лечение в Турции в недорогих клиниках и это не дало эффекта. Мы рекомендуем начинать лечение в Турции только в хороших дорогих клиниках.

1921 г.

Похожие сообщения

Об авторе:

Оставить комментарий