Дек
10
2014

Луг в цветах

Луг весь в цветах, и Катенька бежит по этому лугу.

Крапает теплый дождь, который там, в вышине, сияет сиреневыми полосами. Полосы упираются в кусты за рекой, и эти кусты взворашиваются, брызжут зеленым дождем.

Надо пройти возле реки, потом спуститься в овраг, и на той стороне за полем — клади.

Возле реки вьется тропка в траве, спутанной донником и мышиным горошком.

Вот и овраг. Катенька хватается за олешники и по обрывистой тропке спускается вглубь. Тут сумрак с прохладой. Тонко звенит ручей, через колодинку в прозелени мха льется струйка… Вода прозрачная, видно, как со дна вскипает песок, — это родник бьет.

«Интересно, дно есть у родников?»

Катенька встала коленями на колодинку у родника. В глубине прозрачно заголубленный дымок, и под этим дымком бьется, дышит дно. Опустила руку в родник. Ломит холод, вот уж рука по локоть в роднике, а дна нет, нет и сил терпеть этот холод. Что-то упруго и щекотно бьется в пальцы: жилка водяная бьет.

Рука на воздухе как бы оттаивает, согревается. Стекает Из родника муть, и снова обнажается дно, метель там вьется, и глаза — глаза глядят, чужие, красивые.

На той стороне оврага половина поля в солнце, а другая затуманена дождем. Катенька сняла туфли и побежала. Клади уже рядом. Капля ударила в губы и растаяла с пресной свежестью.

«Так пахнет небо, — подумала она. — Я скажу ему, как пахнет небо».

За кладями она спряталась в кусты, по которым уже брызгал дождь. На реке булькало от капель, вскипали пузыри.

«Куда же он пойдет в такой дождь?» — думала Катенька.

Грустно запрело горечью ольховой коры. Намокший колокольчик лежит в траве. Из-под пего выполз шмель. Капля сбила его. С листьев капает сильней и сильней. Подумает холодок. Кофта намокла, липнет к спине и к груди. Забралась в самую гущу кустов. Из разворошенной травы запахло мятой. Тут, под кустами, еще сухо, земля теплится, как вечерняя печь.

Не идет ли он? Журчит ручей, то как будто замолкнет совсем, н тогда сильнее шум дождя, и чудится в дожде песня: где то далеко-далеко по»/, женский голос; снова журчит, захлебывается ручей, а песни нот, и снова Катенька прислушивается к дождю, и опять чудится голос.

Дождь перестал, а его все не было. Солнце озаряло мокрые листья, как в блескучем пожаре был лес на тон стороне.

Выбежала она к кладям. Тут было теплее от речного пара. Трава полегла на одну сторону, изнанкой вверх, и была серебряной.

Он вышел на тропинку, увидел Катеньку. Она стояла к нему спиной между двумя солнцами: одно освещало ее с неба, а другое в воде — горело под топким зеленым берегом.

— Катенька, — позвал он ее.

Она повернулась с прижатыми к груди туфлями, босая, озябшая, с мокрыми глазами…

Катенька… Катюша… — звала ее Дарья Максимовна. Она будила Катю.

Раскрыла глаза: в них еще плыла радость, с дождем, солнцем и травами.

— Сон… Какой сон, мама! — удивилась Катя, что сон мог быть таким.

— Вижу, счастливый.

— Он мне снился.

— Кто?

Катя натянула кофту, оделась быстро и подошла к зеркалу. Вот эти глаза показались ей в роднике, чужие, красивые.

— Приезжий, — сказала она. — Он ждал меня… Что так вдруг?

Продолжить чтение »

Похожие сообщения

Об авторе:

Оставить комментарий