Янв
31
2015

Когда глядит он с недобром…

Павел сидел, надумавшись. Что вдруг так притихла Настенька? Она сидела к нему спиной, перекосилось плечо. Что с ней?

На тропке, на которой с минуту назад стояли женщины, показался с косою старик Посохни дед Фени, — седой, высокий, нелюдим, исподлобья взгляд.

—        Пармен! — окликнул его Аверьяныч.

—        Чего тебе?

Он повернул голову, но не на Аверьяныча взглянул, а на Павла, и лютость, как тенью, замглила глаза.

мост

—        Косой шаришь по лесу, где не положено, — сказал Аверьяныч.

—        Холуй ты!

—        Посадки волокушей подрал. По дело это. Накосишь вот — вывезу сено, иди жалуйся.

—        Тронь!

Сверкающе дрогнула на плече коса и, удаляясь, как бы медленно полетела, хищно ударяла, била по кустам клювом.

Аверьяныч вздохнул.

—        Лютоват. А прежде, бывало, книги людям читал. Полна изба народу: и стар и мал, а он читает — лицо светлое.

—        Я заметил, он всегда так странно глядит на вас, с недобром. Вот и сейчас так он поглядел. Почему?

Не ожидал Арсений, что такой страшный ответ услышит от Павла.

—        За сына… Сына его я расстрелял в войну.

—        Вы расстреляли?

—        Да.

Не верил Арсений. «Это он отца Фени расстрелял? Так вот оно что!»

—        Что он был, сволочь?

—        Полицай… Налил бы, Аверьяныч.

—        Сей момент.

Аверьяныч всем чуть налил, а Павлу полный стакан.

—        За что честь мне такая? — заметил Павел.

—        Как угодить-то человеку? Мало налил — обида… Так это я, может, себе налил.

Павел вдруг показал на сгорбленную иву у реки.

—        Там его я… Там… У меня и сейчас мороз по коже идет, как он крикнул: «Не губи!..» Глаза наши встретились. Жутко!

Настенька с мольбой посмотрела на мужа.

—        Не надо об этом. Тут Прокопий Иванович еще с каким-то жалом носится.

—        С каким еще жалом?

—        Не знаю. В милицию звонил.

—        Насчет лосей, видать. К черту его! — крикнул Павел.

Аверьяныч стакан уронил.

—        Вот и травка охмелилась.

—        Чуть выпьешь, и на себя не похож, — попрекнула Настенька мужа.

—        Струны что-то разладились. Прости!

Аверьяныч раскрыл другую бутылку и как будто от этого вдруг оживился, повеселел.

Продолжить чтение »

Об авторе:

Оставить комментарий